• Голландия и ее цветы: прошлое и настоящее. Часть первая: прошлое…


    В Нидерландах обожают цветы. Их выращивают и в крошечных горшочках, и на огромных полях. Впрочем, в этом вопросе голландцам скорее свойственен гигантизм. Цветы (и молочные продукты) составляют основу голландского экспорта. Только представьте себе: Нидерланды, на долю которых приходится 0,008% поверхности земного шара, занимают третье место в мире по экспорту сельскохозяйственной продукции! При этом в сельском хозяйстве работает всего 5% населения страны.

    Для тюльпанов Голландия стала земным раем и второй родиной.



    Но с истинным местом появления на свет этих прекрасных цветов общего у нее очень мало. Дикие тюльпаны и по сей день растут на Памире и Тянь-Шане, в долинах Сырдарьи и Амударьи, в оазисах Каракумов и Кызылкумов, на Алтае и Кавказе, в Китае и Монголии. С Кавказа они начали свое движение в направлении Европы. Обогнули Черное море, завладели Балканами и Крымом, заселили Грецию и Болгарию, проникли в Румынию, Австрию, Югославию, освоились в Италии, Испании, Португалии и перебрались на следующий материк — в Египет, Алжир, Марокко… Но все это было странствием диких тюльпанов.

    Сортовые тюльпаны начали свое триумфальное шествие в Турции. В садах Константинополя из тюльпанов составляли огромные красочные живые картины. В 1550 году их увидел австрийский посол Огир де Бусбек. Он заинтересовался выращиванием удивительных тепличных чудес и включил в предоставляемый в Вену отчет и эту информацию.

    Так с тюльпанами познакомились швейцарский ученый Конрад Геснер, описавший пятьдесят сортов, и Каролус Клусиус, руководитель сада лечебных трав императора Максимилиана II. И этот самый Клусиус, получивший из Голландии предложение возглавить сад лечебных трав Лейденского университета, уехал из Вены, прихватив с собой семена и луковицы…

    Садовники Голландии активно занялись разведением этих цветов. На сад Клусиуса совершались самые настоящие нападения, и диковинные гости насильно увозились в Венецию и Прагу, но обогнать Голландию в цветоводстве было уже невозможно.

    В самой стране это превратилось в настоящую "тюльпаноманию". Луковицы взвешивали на аптекарских весах, единицей веса был принят aas, равный примерно 0,065 грамма. О стоимости луковиц редких сортов свидетельствуют записи в бухгалтерских книгах, хранящиеся в архивах. Например, такая: за одну луковицу сорта "Вице-король" покупатель уплатил два воза пшеницы, четыре воза ржи, четыре вола, восемь свиней, двенадцать овец, пятьсот литров вина, четыре бочки пива, два бочонка масла, тысячу фунтов сыра, кровать с балдахином и набором белья, штуку ткани и серебряный кубок — всего добра на 2500 флоринов! Луковица сорта "Semper augustus" весом неполных 20 граммов была продана за 4600 флоринов, пару лошадей и карету.



    Спекуляция приняла такие масштабы, что дельцы скупали участки тюльпанов, даже не зная, что на них вырастет. Разбогатеть было можно, только имея необыкновенные экземпляры растений, а это нередко оказывалось делом случая. Тюльпаны болели, как люди, заражались вирусами, меняли свою окраску, отращивали необыкновенной формы лепестки… Если мутация была устойчива, луковицы превращались в целое состояние. До гибридизации в современном понимании, позволяющей сохранять вариации, было еще далеко. К тому же атмосфера "тюльпановой лихорадки" не способствовала селекционной работе.
    Луковицы выращивали дворяне и ткачи, торговцы и плотники, трубочисты и слуги. Быстро рождались и разорялись богачи, люди совершали самоубийства, попадали в тюрьмы. Тюльпаны пылали в садах по всей Голландии, их редкие сорта владельцы сторожили ночи напролет. Это продолжалось 12 лет, с 1625 по 1637 год.
    Сколь стремительно "тюльпаномания" началась, столь же быстро она пошла на убыль. И рынок был перенасыщен, и покупатели, способные выкладывать тысячи флоринов за "Черного дьявола" или "Улыбку принцессы" исчезли. Многие семьи разорились — их состояние было вложено в луковицы, которые нельзя было продать и за одну двадцатую вчерашней стоимости. Нотариальные конторы ликвидировали свои отделения на амстердамской, роттердамской и харлемской "биржах цветов". Тюльпановое безумие ушло, и люди стали возвращаться к своим повседневным делам — нередко оказавшись без мастерских и инструментов, обменянных на мешочек маленьких крепких луковиц.

    Неистребимое пристрастие к разведению цветов осталось у голландцев, и после окончания "эпидемии". Тысячи гектаров земли осушенного Харлемского озера отданы луковицам тюльпанов, нарциссов, крокусов и гиацинтов.

    Источник: www.flowersweb.info